Что же преподавал Фунакоси в то время? Как выглядело раннее каратэ? По виду, оно мало чем отличалось от окинавского искусства, а все базовые принципы обучения оставались прежними, зато по внешнему виду оно заметно разнилось с современным каратэ. За основу всего процесса принималось изучение ката с жестким принципом старых окинавских, а до них – и китайских мастеров: “одно ката в три года” ( хито ката сан мэн”). Правда, Фунакоси постепенно отказывается от этого принципа, который отбивал многим его ученикам охоту так долго учиться, а ему нужно было подготовить как можно больше последователей. В основу преподавания Фунакоси кладет пять ката Хэйан, которые в то время еще назывались “Пинан”, и которые ввел в практику тренировок еще его учитель Итосу для преподавания окинава-тэ школьникам на Окинавве.
Вглядимся в фотографии из самых первых книг по каратэ, на которых изображен Фунакоси. Мы привыкли видеть патриарха каратэ седым старцем с благородной осанкой, облаченным в многослойное традиционное кимоно и держащим в руках свиток. Это самая известная фотография Фунакоси, которую можно встретить практически в каждом додзe: Сe:токана. И все же для нас, кто взялся не просто восхищаться каратэ, но исследовать его историю, более интересны другие снимки, сделанные в середины 20-х гг. Они хуже по качеству, но на них видна реальная техника Фунакоси в ту эпоху, когда он только начинал пропагандировать каратэ в Японии. И даже поверхностный взгляд обнаружит на них немало удивительного.
Прежде всего, Фунакоси стоит на прямых ногах, в то время как современный базовый принцип каратэ требует, чтобы ноги в коленях были чуть согнуты – это придает большую устойчивость, позволяет полнее вложить силу в удар. А вот другое “нарушение” – Фунакоси абсолютно не подключает бедро к удару, не доворачивает бедро вслед за идущей вперед рукой. А ведь сила удара кулаком проистекает именно из бедра или из “тандэн” – энергетического центра в нескольких сантиметрах ниже пупка. К тому же ступни Фунакоси во время атаки развернуты под 270 градусов по отношению к линии удара и практически смотрят назад! На другой фотографии, где Фунакоси и его ученик Обата демонстрируют каратэ перед американскими солдатами сразу же после оккупации ими Японии (!), явственно видно, что кулак патриарха каратэ при прямом ударе рукой (цки) явно отогнут вверх, в то время как он должен составлять единую плоскость с предплечьем. К тому же Фунакоси сильно наклоняет тело вперед при ударе, рискуя потерять равновесие. Стойки у Фунакоси, что в молодости, что в старости, очень высокие, и практически не похожи на классические низкие стойки каратэ киба-дати, дзэнкуцу-дати и другие.
Да лишь за одну такую ошибку ученика впору выгонять из зала, он не знает самых базовых принципов каратэ! Значит, их не знал и Фунакоси? Или он базировал систему на каких-то других принципах? А может быть это и есть реальный вид окинавского каратэ, которое в этом случае оказывается явно не столь эффективным, как само о себе рассказывает? В любом случае, старые фотографии раскрывают нам факт, от которого отвернуться весьма сложно – Фунакоси Гитин не был великим бойцом, и многие базовые принципы боевых искусств, вытекающие просто из оптимальной кинематики движений, ему были не знакомы. А современный вид стиль Сe:токан приобретает именно под влиянием сына Фунакоси Гитина – E:ситаки.
Действительно, в техническом отношении Фунакоси был весьма традиционен, и стиль развивался лишь за счет усилий его младшего сына E:ситаки, который приехал к отцу с Окинавы. Это был поистине удивительный человек, сила воли которого восхищала даже опытных бойцов. E:ситака с детства рос довольно хилым и болезненным ребенком, в двенадцать лет врачи обнаружили у него туберкулез и вынесли жестокий приговор: юноша не доживет и до двадцати лет. Но E:ситака решил не смиряться с выводами врачей и активно принялся за тренировки, он учился у своего отца, у других окинавских мастеров, оттачивая удары день и ночь. Долгие часы он проводил за дыхательными упражнениями и в медитации, регулируя сознание. Правда, до конца жизни он так и не смог победить болезнь, которая даже сейчас является трудноизлечимой, но все же прожил втрое больше срока, отведенного ему врачами. И во многом благодаря E:ситака Фунакоси мы имеем сегодня тот вид каратэ, к которому привыкли. Если Гитина Фунакоси можно назвать идеологом традиции каратэ, то E:ситака по праву является фактическим создателем арсенала современного каратэ.
Прежде всего, E:ситака вводит несколько новых ударов ногами. В классическом тодэ был принят лишь один прямой удар ногой – маэ-гэри и один удар ногой в бок – e:ко-гэри, которые наносились не выше живота. К тому же основной упор делался на удары верхними конечностями, что в принципе соответствовало канонам южных стилей ушу. Но E:ситака действует как решительный реформатор, выступая под традиционной маской “следования забытому прошлому”. Он вводит в каратэ такие удары, как маваси-гэри (круговой удар ногой), усиро-гэри (удар пяткой назад) усиро-маваси-гэри (удар пяткой с разворотом на 360 градусов), фумикоми (удар ребром стопы в ногу противника). Именно E:ситака Фунакоси начинает уделять особое внимание растяжке каратистов, заставляя их садиться на шпагат и справедливо считая, что во многом от этого зависит успех ударов ногами. И как следствие этого атаки ногами в каратэ начинают проводиться не только в живот и в пах, но и в голову.
Вскоре E:ситака становиться фактически “законодателем мод” в каратэ. Это был, пожалуй, единственный человек, которому престарелый Фунакоси позволял вносить какие-то новшества в искусство “пустой руки”. К тому же он понимал, что без фантастической активности своего сына – а он был единственным из трех сыновей Фунакоси, кто поддержал его на пути боевых искусств – стареющий патриарх вряд ли бы справился с многочисленными клубами, которые формально находились под его руководством К тому же E:ситака был сравнительно молод, ему легче было общаться с учениками, в то время как фигура такого традициониста и последователя всех ритуалов как Фунакоси у многих вызывала трепет и поклонение, но никак не желание живого и тем более неформального общения.
Постепенно и на первых порах почти незаметно в школе Фунакоси растет целый клубок противоречий, которые через несколько десятилетий приведут к ее расколу. В начале тридцатых годов, с одной стороны, резко возрастает авторитет самого Фунакоси и его школы в основном среди японской молодежи, а с другой – намечается внутренний раскол в каратэ, причин для которого было немало. Так или иначе, во многом все сводилось к чисто авторитарному характеру самого Фунакоси – властному и нетерпимому, не допускавшему ни малейших новшеств. И из-за этого консерватизма, доходившего порой до абсурда, от него начинают уходить многие талантливые ученики.
… В тот весенний день 1927 года Фунакоси ни слова не сказал своим ученикам, и даже ближайшие последователи не решались обратиться к нему с вопросами – неизменно спокойный и обычно доброжелательный мастер был явно разгневан. Что же произошло, что могло вывести “великого учителя” из состояния умиротворения?
Не трудно догадаться – Фунакоси был разгневан нарушением ритуала. И со стороны кого – его лучших учеников Хираямы, Мики и Бо! Войдя в зал, где он должен был провести беседу со своими сэмпаями, Фунакоси увидел, что они проводят свободный поединок дзю-кумитэ, а патриарх строго-настрого запрещал делать это. Он объяснял с железной логикой: вступил в поединок – убей; если же нет необходимости убивать, значит и не вступай в бой. Фунакоси жестко придерживался древней окинавская традиции, которая диктовала запрет на свободные поединки, и считал это едва ли не основой всего каратэ. Поэтому, увидев поединок, Фунакоси не сказал ни слова – просто развернулся и быстрыми шагами вышел из зала. Но с тех пор он прекратил преподавать в этом додзe: и перестал считать нарушителей ритуала своими учениками.
Как оказалось – напрасно, процесс разъедания традиционных принципов, которые проповедовал Фунакоси, было не возможно остановить – джин поединков уже вышел из бутылки, а Фунакоси все еще питал иллюзии, что его можно загнать обратно. Для многих каратэ было привлекательно именно как боевое искусство, хотя техника, преподаваемая Фунакоси изначально не была ориентирована на поединок. До сих пор многих поклонников каратэ удивляет огромное количество нефункциональных движений и многочисленных небоевых стоек, абсолютно неоправданных с чисто прикладной точки зрения. Скажем, классическая позиция, при которой кулак держится у бедра (хикитэ), весьма уязвима для нападения и ее вряд ли можно представить, скажем, в классическом боксе, который четко ориентирован на жесткий контактный бой. Большинство жестких блоков предплечьями вверх, наружу и вовнутрь (агэ-укэ, ути-укэ, сото-укэ) как показала практика дзю-кумитэ уже в 30-ые годы, были абсолютно неприменимы бою, и каратисты переходили на практичные отбивы ладонями. В арсенале Фунакоси было немало красивых круговых блоков ребром ладони, при котором ладонь сначала отводилась назад на замах и лишь затем ею ставился блок – движение, весьма зрелищное в ката, но в бою его можно применить лишь чисто теоретически. Дал трещину и классический принцип Фунакоси, также привезенный с Окинавы – “убить одним ударом”. Молодые каратисты, едва вступив в поединок, тотчас убеждались, что, несмотря на многочасовую отработку ударов по макиваре и повторение ударов по несколько тысяч раз в день (а именно, такой “норматив” был в залах у Фунакоси), они просто не в состоянии попасть в движущегося и защищающегося противника. К тому же, начисто отсутствовало самое главное – тактика построения боя, вход в атаку и выход из нее. Старое поколение окинавцев считало это не нужным, так как по идее противник должен оказаться повержен после первого же удара кулаком – о каком тактическом рисунке боя может вестись речь, если поединок заканчивается через несколько секунд?!
Откуда пошла гулять легенда, что на Окинаве были запрещены поединки? Явно не из западных книг, так как еще сам Фунакоси утверждал, что основой тренировки на Окинаве считались ката и удары по макиваре, а вот проведение свободных поединков было запрещено. Ведь парадокс заключается в том, что мы-то прекрасно знаем, что поединки проходили довольно часто, показательные бои становились неотъемлемой частью праздничных представлений и больших ярмарок. Дрались в том или ином виде все. Например, Хигаонна Канрио, Мияги Тe:дзюн, Уэти Камбун и другие последователи Наха-тэ прошли китайскую школу ушу. А там ежедневные учебные поединки считаются важнейшей частью тренировки, хотя к “ярмарочным бойцам” мастера относятся весьма скептически, считая такие бои перед публикой “низким искусством”. А вот, пожалуй, Фунакоси действительно никогда не дрался. Ни Фунакоси, ни многих его последователей, утверждавших о том, что поединков на Окинаве не было, ни мало не смущал тот факт, что еще сам учитель Фунакоси – Итосу Анко не раз вступал в поединки на помосте
От своих учеников на первых порах Фунакоси, упирая на окинавскую традицию, требовал лишь тщательнейшей отработки ката и ударов по макиваре. Но вся теория, воплощенная в ката, разрушалась в первом же поединке – боевое искусство каратэ оказывалось неприемлемым для боя! Понимал ли это сам Фунакоси? Думаю, что прекрасно понимал, и, тем не менее, жестко придерживался традиции. Как-то мы уже высказывали сомнение в реальном существовании запрета на поединки на Окинаве – ведь нам прекрасно известно, что там спарринговались все со всеми. Но Фунакоси, сам будучи далеко не самым отменным бойцом, активно поддерживал чисто теоретический запрет на поединки и участвовать в боях не любил (во всяком случае, о поединках Фунакоси даже его цветистая биография умалчивает). Ведь он создавал не столько прикладную систему (это заботило его меньше всего), но систему комплексного физического и духовного воспитания, оболочкой которой должно было стать боевое искусство. Он создавал миф о каратэ как о чисто эзотерическом боевом искусстве, не случайно раздел одной из своих статей он так и назвал – “Загадочное каратэ”. Но и публику нельзя разочаровать – и Фунакоси постоянно указывает на боевую мощь каратэ, которое вырабатывает удар чудовищной силы. Но это не главное – главным является тот духовный опыт, который достигается в занятиях боевыми искусствами. Для Фунакоси, человека образованного и в определенной степени утонченного, главным становятся воспитательные аспекты боевого искусства и, вероятно, он стремился сделать из каратэ нечто подобное айкидо, где нет соревнований и свободных поединков. Он хорошо помнил Окинаву, где в процессе тренировок человека обучали не столько умению вести поединок (как раз этому обучали меньше всего), но прививали ему основные традиционные ценности – уважение к предкам и старшим, постоянное следование нормам поведения, дисциплину духа и гигиену тела.
Но все убеждения Фунакоси в несоответствии свободного поединка самому духу каратэ оказались напрасными, хотя до конца жизни он выступал против дзю-кумитэ. Каратэ, как детище, порожденное Фунакоси, стало практически независимым от него и начало развиваться уже по своим законам. Этого до конца своих дней так и не смог понять патриарх, пытаясь диктовать, причем порой самым авторитарным образом, свои условия и теряя тем самым преданных последователей.
Сильным ударом для него стал уход одного из самых блестящих учеников Фунакоси Оцука Хиронори. Фактически, Оцука представлял собой то молодое поколение талантливых и хорошо образованных японцев, которым было суждено реформировать каратэ в соответствии с новыми условиями жизни. Но Фунакоси не желал слушать ни о каких реформах, если они не исходили от него самого. Оцука долгое время считался ближайшим учеником Фунакоси, т.е. был его дзики-дэси, поскольку самого Фунакоси уже именовали иэмото в знак его монопольного лидерства в каратэ. Оцука всегда сопровождал его во всех поездках, показательных выступлениях и на конференциях, поговаривали, что именно ему патриарх должен передать свою школу. Но случилось неожиданное – произошел разрыв. Оказывается Оцука, будучи в то время сэмпаем и имея право самостоятельно вести тренировки, ввел в постоянную практику свободный бой. Принцип бесконтактного поединка, когда кулак или нога останавливаются за несколько миллиметров до тела человека или просто несильно хлопают по телу, был тогда не известен. Дрались в полный контакт, а в качестве протекторов использовали защитную экипировку для кэндо – шлемы, кирасы, налокотники и мягкие перчатки. Оцука приходит к Фунакоси, уже будучи известным мастером по школе E:синрю дзю-дзюцу (к ней одно время принадлежал и Кано Дзигаро), официальным руководителем которой он стал уже в 29 лет. Ему была знакома боль от тяжелых ударов, заломов и мощных бросков, на которых базировалась E:синрю, поэтому Оцука всю жизнь желал воплотить именно боевой аспект каратэ. С него фактически и начались турниры по спаррингам, поставив точку в монополии Фунакоси на “каратэ без боя”. В 1930 году Оцука проводит первые неофициальные соревнования по контактным поединкам в Токийском Университете, чем окончательно рвет всякие отношения с Фунакоси.
Патриарх больше не хочет слышать о своем лучшем ученике, не подозревая, что теряет весьма сильную персону в мире боевых искусств. Оцука сразу же после Второй мировой войны создаст собственный стиль Вадорю, который благодаря своему разумному либерализму стремительно завоюет университетские залы и практически вытеснит оттуда Сe:токан мастера Фунакоси.
Несколько улучшило ситуацию введение системы градация мастерства – данов и кю, что позволило жестко закрепить иерархическую структуру каратэ. После введения системы поясов многим показалось, что все эти ступени будут напрямую связаны с поединками и тамэсивари, причем последнее поощрял сам Фунакоси, считая это отличной проверкой силы удара. Но он как бы предчувствовал, во что выродиться каратэ, если ставить получаемые степени в зависимость от количества разбитых кирпичей или досок. Еще не родилась школа Кe:кусинкай, где именно таким образом будет измеряться мастерство, еще ее будущий основатель и “убийца быков” – скромный кореец с японским именем Ояма Масутацу терпеливо посещает залы Фунакоси, а старый мастер уже пишет: “Тренированный каратист может разбить несколько досок и сломать дюжину черепицы безо всякого труда… Но цель каратэ заключена не в этом. Даны в каратэ соотносятся не с количеством сломанных досок, но лишь с уровнем техники и морального совершенства”

Автор материала: А.Маслов

       

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

О нас

 

Я и мои друзья имеем большой опыт проведения тренировок и построения тренировочных циклов под "промежуточные" и "макро-" задачи.

И мы всегда готовы им поделиться с Вами!

Контакты

 

Самое лучшее - это личное общение - звоните, ответят или наши секретари, или я, лично.

Телефоны: 8 (495) 335-74-08, 8 (495) 543-87-72
E-mail: электронная@почта временно отключена
Адрес: Москва,

Записаться на занятия