Нельзя сказать, что окинава-тэ после официального признания стало более популярным или возникло много новых школ – просто теперь некоторые наставники боевых искусств могли пойти на государственную службу, что, например, сделал сам Итосу. Но была и другая сторона легализации окинава-тэ – между школами развернулась острая борьба за право официального преподавания в учебных заведениях, а, следовательно, за выход на администрацию, а там, быть может, и поездка в Японию для демонстрации своего мастерства. Слухи о готовящейся поездке ходили уже давно, за нее лично ратовал Итосу, но никакого официального приглашения из Японии не было получено, да и вообще, вряд ли империю после всех потрясений эпохи Мэйдзи интересовала какая-та мелкая окинавская традиция. И все же споры между лидерами окинавских школ боевых искусств разгорелись с новой силой.
Конкуренция между школами окинава-тэ продолжалась уже не одно десятилетие. Если Сюри-тэ и Томари-тэ стали очень близки и даже почти объединились, то Наха-тэ со своей чисто китайской формой преподавания представляла сильного конкурента и держалась в стороне от показательных выступлений. Через несколько лет эта конкуренция перекинулась в область борьбы за проникновение в Японию. Это и стало главной целью деятельности направления Сюри-тэ, ибо Окинава с ее маленьким населением, которое практически все так или иначе училось тодэ, уже явно тормозила рост школ боевых искусств. Естественно, что первой этой почувствовала самая большая школа Сюри-тэ.
И вот в переломный для Окинава-тэ год – год 1916 первая группа окинавских бойцов была приглашена с показательными выступлениями в Японию в Киото. Принимающей организацией стал японский Бутокудэн – “Дворец воинской морали”. В составе делегации был и Фунакоси Гитин. Японцы выступления оценили очень высоко (как обычно демонстрировались лишь ката), однако какого-то заметного отклика это не имело. Лишь несколько наивные окинавцы (провинция есть провинция!) полагали, что их тут же попросят остаться в Японии для преподавания.
Естественно, этого не произошло, но у мастеров тодэ появляется понимание того, что преподавание окинавских боевых искусств может стать профессией, на которую есть спрос. До этого в цене были лишь самурайские бу-дзюцу, особенно, фехтование на мечах, и вряд ли кто из окинавцев мог представить, что окинава-тэ по популярности, да и по своей духовной ценности способно сравниться со священным “Путем меча” – кэндо.
Да и сколько людей смогло сделать преподавание тодэ своей профессией? От силы двое-трое, и самый известный тому пример – Итосу Анко. Но он был Великим Учителем, и как показала история, никто впоследствии не смог сравниться с ним по тому вкладу, который он внес в воспитание бойцов. Увы – даже великий Фунакоси… Но и могучий своим духом Итосу Анко основной доход имел не от обучения каратэ, а от преподавания грамоты в школе. Тем же занимался на Окинаве и Фунакоси.
И вот на этом фоне вдруг появляется возможность сделать преподавание чисто локального вида боевых искусств вполне легальной и в общем-то, доходной профессией. Возможность призрачная, весьма отдаленная, но после первых поездок в Японию начинавшая казаться реальной. Надо было лишь суметь правильно подать окинава-тэ японцам. Подать так, чтобы они опознали в новом для них каратэ нечто давно знакомое, связанное с самурайскими бу-дзюцу и национальными традициями. Кстати, именно поэтому далеко “не японское” каратэ через несколько лет предстало миру как чисто национальное японское искусство.
В начале 20-х годов никакого конкретного плана, как осуществить это, ни у одного из мастеров-окинавцев не было. Лишь хитроумный и деятельный Фунакоси сумел добиться этого – правда, ценой таких уступок истинной традиции и сделок с самим собой, что в конце жизни не раз сожалел об этом.
Во второй половине 20-х годов каратэ как бы вырвалось с Окинавы, “не уместившись” на этом довольно маленьком острове. Многие последователи окинава-тэ справедливо полагали, что лучше быть вторым в Японии, чем первым на Окинаве. Пиетет, которым когда-то окружала молва мастеров боевых искусств и который в немалой степени подпитывался китайскими легендами о “людях необычайных”, постепенно угас. Преподавание окинава-тэ в средних школах, которое на первых порах казалось столь многообещающим, как оказалось впоследствии, имело и обратную сторону. Оно как бы “приземлило” боевые искусства, сделало их обыденностью, повседневностью – одной из многих школьных дисциплин.
Окинавские мастера ощущали кризис, они уже не умещались в тесных рамках маленьких городков и деревушек. С одной стороны, эти люди – а их технический и духовный уровень мог быть весьма разным – были одержимы желанием создать свои школы, и тем самым запечатлеть свое имя в традиции, а, с другой стороны, в них говорили вполне объяснимые амбиции. Но какие могут быть личные школы, когда каратэ преподается каждому, кто посещает среднее учебное заведение?! А вот японский рынок боевых искусств, особенно в том, что касалось боя без оружия, был практически пуст. Немногочисленные и крайне узкие школы дзю-дзюцу традиционно не желали открывать свои двери для публики. И отнюдь не из-за того, что всегда скрывали какие-то неимоверные секреты – сказывалась веками выработанная система мышления наставников этих школ. Поэтому на этом фоне каратэ оказалось значительно либеральнее, более открытым, чем всякие другие бу-дзюцу того времени. С другой стороны, каратэ обещало практически то же самое, что и самурайские искусства, и это подогревало публику, в особенности молодежь – первых посетителей залов каратэ в Японии.
Примечательно, что конец 10-х – начало 20-х годов можно считать кризисом боевых искусств Окинавы. Дальше развиваться на узком пространстве было невозможно, боевая традиция, практически не подкрепленная мощным духовным фундаментом, как это было в Китае, оказалась истощена. Для ее продолжения необходимо было пересадить древо каратэ на новую почву – почву более плодотворную, вскормившую многие боевые традиции в духе эстетического дзэнского миросозерцания. На эту почву и устремились окинавские мастера.
Когда начались поездки окинавских бойцов в Японию, сейчас сказать сложно – и в этом немалая вина самих окинавцев и, прежде всего “отца каратэ” Гитина Фунакоси. Ему очень хотелось быть первым проповедником окинава-тэ в Японии, а поэтому многие факты японо-окинавских боевых контактов оказались вымараны из истории. Так, сохранились какие-то не очень достоверные упоминания о том, что в 1886 г, (за двадцать лет до поездки Фунакоси!) в Японии побывал сам великий Азато Анко, одержал громкие победы над японскими бойцами и в том числе над инструктором дзюдоистского Кодокана Сакудзиро E:коямой. Правда, никаких реальных подтверждений этому событию мы не нашли, вполне вероятно, что эта легенда возникла среди окинавских мастеров в противовес утверждениям Фунакоси о его лидерстве в проповеди окинава-та в Японии. Но в любом случае поездки окинавских бойцов в Японию на рубеже ХIХ-ХХ вв. были не такой уж редкостью, по крайней мере, не один десяток окинавцев хотел попытать свои силы в преподавании окинава-тэ в Японии, правда, без особого успеха.
Брешь, пробитая еще до Фунакоси, оказалась весьма привлекательной для немалого количества окинавских бойцов. В поисках новых учеников и в расчете создать свои школы, их приехало в Японию, по крайней мере, несколько десятков. До нас дошли лишь имена наиболее удачливых, расчетливых, умеющих понять конъюнктуру Японии той эпохи – эпохи неотрадиционализма, когда душа японца стремилась к старым ценностям, облеченным в новые формы. Не обязательно эти люди были первыми окинавскими мастерами, как раз история показывает, что лучшие бойцы так и не сумели, а может быть и не захотели “японизировать” свое искусство, например, Киан Тe:току, Нагаминэ Сосин – ученик Мотобу Тe:ки и Анкити Арагаки.
Наступало время великого исхода мастеров с Окинавы: в 1922 г. в Токио приезжает Фунакоси Гитин, в 1928 в Киото – Мияги Тe:дзюн, в 1930 г. открывает свой зал в Осаке Мабуни Кэнва, за ними следуют еще десятки человек. Частично, это было частью продуманной политики окинавских властей, пытавшихся через популяризацию окинава-тэ привлечь к себе внимание, частично – частной инициативой ряда наиболее амбициозных бойцов. Мастера окинава-тэ пошли на штурм бастионов традиционных японских нравов.

Автор материала: А.Маслов

       

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

О нас

 

Я и мои друзья имеем большой опыт проведения тренировок и построения тренировочных циклов под "промежуточные" и "макро-" задачи.

И мы всегда готовы им поделиться с Вами!

Контакты

 

Самое лучшее - это личное общение - звоните, ответят или наши секретари, или я, лично.

Телефоны: 8 (495) 335-74-08, 8 (495) 543-87-72
E-mail: электронная@почта временно отключена
Адрес: Москва,

Записаться на занятия